19:55 

Голос (часть 2)

Tonio Treski
Хэппи Энда не будет, Всегда Ваш, Tonio Treski =^_^=

Беспокойно проспав до следующего утра, Руфино проснулся от звука тихих щелчков в замке двери. Он так и не решил, что ему делать. Но когда кровать прогнулась от чужого веса, он невольно сжался и зажмурился, увидев чужую руку. Но Бенедетто снова только убрал волосы с его лица, немного поводив по щекам тыльной стороной пальцев.
– Жакомо уехал вчера вечером. – сообщил мужчина.
После этого он пролез рукой под парня и осторожно усадил его. Потом взял новую ткань, принесенную с собой, завернул парня и понес вниз. Зайдя в неизвестное Руфино ранее помещение, Бенедетто осторожно развернул его, удерживая от падения, а потом помог опуститься на дно неглубокой емкости с теплой водой, прорезанной прямо в каменном полу. Сидеть оказалось неприятно и Руфино перевернулся на бок, полусидя и опираясь локтем о каменный пол.
Бенедетто спокойно дал ему принять должное положение, после чего взял мочалку, пару небольших сосудов и растворил какой-то порошок в воде. Сняв с огня ведро, он добавил чуть горячей воды, заливая с другой от Руфино стороны. Потом наполнил ведро водой из бочки и снова поставил на огонь. Опрокинув тазик с кипятком и распаренной мочалкой, мужчина взял последнюю, размочив во втором ведре со странно пахнущей жидкостью и стал осторожно чистить спину парня.
– Что ты делаешь? – сухо спросил Руфино, придя наконец в себя и схватив Бенедетто за руку.
– Отмываю тебя. – спокойно отозвался тот.
– Ты знаешь, о чем я.
– О том, что сделал Жакобо?
– О том, что вы с ним со мной сделали.
– Я тебе уже все рассказал. У всех свои пристрастия.
– И какое же у тебя?
– А ты еще не понял?
Руфино промолчал, задумавшись, а Бенедетто высвободил руку и продолжил мыть парня. Когда вода остывала, Бенедетто подливал горячей с огня, оттирая с тела парня засохшую на месте укусов кровь и сперму. Он стирал длинные рыжие волосы, лицо, прося парня задержать дыхание. Но вот пах не трогал. Видимо, помнил, что было во время развлечений и какую реакцию у парня вызывали одни только касания.
Волосам Руфино, однако, Бенедетто уделял особое внимание. Возможно, художника заинтересовал их необычный цвет, но он наночил несколько пахнущих травами мазей на них, втирая по всей длине и у корней, массируя голову своего натурщика.
– Тебя возбуждает уход за больными и раненными? – поинтересовался парень, догадавшись.
Бенедетто ничего не ответил, только подтверждая догадки Руфино. Художнику явно нравилось отмывать у ухаживать за раненным натурщиком. Парень только не мог понять, как не заметил очевидного, когда мужчина рисовал его жертвой. Тогда он бил его во все дни рисовки, но потом отмывал в тазу и наносил мази от синяков.
– Мне нравится проявлять сострадание. Мой отец был жестким человеком. Поэтому я 6 лет ломал ему обе ноги, а потом ухаживал, пока он выздоравливал. А потом снова ломал. Когда он вывел меня из себя, я перестарался и он умер. Около 3 лет назад. – спокойно признался Бенедетто.
Художник продолжил спокойно массировать голову своего натурщика, втирая очередную травяную мазь в корни головы. А парень невольно напрягся от подобных слов. Если раньше он не верил словам Жакомо, то теперь до него стал доходить их смысл. Выходит, что и правда, все картины Бенедетто – сцены убийств его и его друзей.
Бенедетто надавил на плечи Руфино, призывая опуститься головой в воду, но парень невольно насторожился и не сдвинулся с места. Реакция последовала незамедлительно – дернув на себя, мужчина резко опустил парня с головой под воду. Не обращая внимания на его истошные дерганья и попытки выбраться, он неспешно смыл очередную мазь. Только закончив он взял парня за предплечье и вынул его голову из воды, давая откашляться,
– Какого… Дьявола?! – хрипло проорал Руфино, тут же получив затрещину и едва не упав обратно.
– Ты согласился на год в моем полном распоряжении. Ты обязан мне подчиняться, иначе последует наказание. – спокойно ответил Бенедетто.
– Ты мне тоже ноги ломать будешь? – прошипел парень, получив очередной удар и рефлекторно подняв руки для дальнейшей защиты.
– Если потребуется, я с тебя и скальп живьем сниму, глаза вырву и сделаю новому натурщику твою внешность. – холодно ответил мужчина.
– Характер тоже ему пересадишь?
– Характер можно воссоздать за несколько месяцев. Всего несколько месяцев и другой ты будет здесь сидеть и покорно принимать мою заботу.
Руфино почувствовал страх к его жалкой, но все же жизни. Ему ничего не оставалось, как подыграть сумасшедшему. Прижав руку к ушибленной щеке, он прошептал:
– Мне больно.
– Останутся синяки.
Уловка сработала, мужчина сменил гнев на милость. Закончив купать парня, он помог выбраться на каменный пол и осторожно отжал рыжие волосы. Потом накинул на плечи своего натурщика рубаху и натянул штаны. Руфино же боялся пошевелиться, не зная, что делать. Он покорно пошел с Бенедетто в столовую, ел, что перед ним ставили и пил, что ему наливали. А потом покорно пошел с художником в свою спальню, где снова разделся по приказу и лег на кровать.
Бенедетто ушел на какое-то время, после чего вернулся и стал втирать в раненные места какую-то мазь. Руфино даже стал гадать, сколько стоят содержимые всех его банок и склянок. Он даже обнаружил, что от его волос и кожи идет какой-то цветочный запах. А от мазей после полного втирания почти не остается следов. А некоторое время спустя, остатки художник стирал мокрой тряпкой.
Сам того не желая, Руфино подчинился своему временному покровителю, но в глубине души гнев на милость менять не собирался и ждал момента, когда сможет отомстить.

Продолжение следует...

@темы: фанфик, слэш, высокий рейтинг, ориджинал

URL
   

Tonio Treski

главная